Обострение внутриполитической ситуации в Армении вкупе с неудачами на карабахском фронте подталкивают премьера республики Никола Пашиняна прибегать к участию зарубежных партнеров. Не сумев "стравить" Иран и Россию с одной стороны и Турцию с другой, он обратился к западным игрокам, среди которых одну из главных ролей играет президент Франции. Но подобная тактика Еревана чревата негативными для самого Пашиняна последствиями, передает “Московский комсомолец”.

Россия выступает в роли медиатора в армяно-азербайджанском конфликте вокруг непризнанной "Нагорно-Карабахской республики" ("НКР"), но Пашинян старается привлечь Москву на свою сторону, играя на факторе членства в ОДКБ. Применяемые им приемы сводятся к попыткам интернационализировать конфликт и обратиться за поддержкой к Западу.

"За все это время (с начала обострения 27 сентября. — ред.) я провел телефонные разговоры с президентом Франции, канцлером Германии, президентом Ирана, генсеком ООН и дважды (к 4 октября — трижды. — ред.) с Владимиром Путиным", — заявил премьер в интервью "Аль-Джазире".

По его словам, наиболее перспективный собеседник — президент Франции. Логика объяснима: Макрон принял на себя в последние годы роль главного миротворца от ЕС. Он участвует в минском процессе по урегулированию в Донбассе, проявляет активность на сирийском, ливийском и ливанском треках и обсуждает с Москвой ситуацию вокруг отравления Навального.

Что касается армяно-азербайджанского конфликта, то логика апелляции к Парижу понятна: Франция не только один из сопредседателей минской группы ОБСЕ, но имеет на своей территории многочисленную армянскую диаспору.

В то же время подход Пашиняна выглядит двояко. С момента интервью "Аль-Джазире" премьер успел в третий раз позвонить в Кремль, продемонстрировав, что его слова расходятся с действиями, — надеясь на Париж, он пытается наладить диалог и с Москвой.

Шаги Пашиняна носят откровенно демонстративный характер, а цель их — "испугать" Россию усилением роли Запада и заставить Кремль предпринять меры хотя бы в рамках Минской группы ОБСЕ.

Проблема Еревана в том, что для Москвы подобное поведение — не сюрприз. В Кремле хорошо знают, что условно пророссийский Пашинян привел во власть множество прозападных фигур. В частности, экс-координатор избирательных программ организации Transparency International Армен Григорян сразу занял должность главы Совета национальной безопасности, а начальником Государственной контрольной службы стал Давид Санасарян — бывший представитель партии "Наследие". Ее возглавляет Раффи Ованнисян, который в свое время забрасывал яйцами посольство РФ.

Именно при Пашиняне возбуждено два уголовных дела против Южно-Кавказских железных дорог (ЮКЖД, армянская 100%-ная дочерняя компания РЖД). Ереван требует скидок на газ, а армянские власти сдержанны по отношению к антироссийским выступлениям, включая митинги против военного присутствия РФ в Гюмри.

По линии ОДКБ, к которой апеллирует Ереван, Москва тоже не находит с ним понимания. Армения, с приходом Пашиняна к власти в 2018-м инициировавшая арест генсека Организации Юрия Хачатурова, тормозила назначение его преемника и выступала против предложенной Москвой и Минском кандидатуры Станислава Зася.

С учетом этих обстоятельств, широко освещаемое обращение Пашиняна к Западу (и Макрону, в частности) — свидетельство того, что полноценным партнером для Москвы Ереван не станет. А, значит, Кремль будет сохранять нейтралитет.

Очевидно и то, что от ЕС и США Пашиняну рассчитывать не на что. Турция, которую премьер обвиняет во вмешательстве в ситуацию вокруг "НКР", входит в НАТО — дополнительно конфликтовать с нею Запад не будет. Для европейцев и американцев карабахский конфликт — периферийный. Но Ереван не оставляет попыток продемонстрировать Москве, что готов на расширение западного влияния, если Кремль будет сохранять нейтралитет. Политика "многовекторности" вряд ли встретит понимание у РФ, а, скорее, наоборот — лишь убедит его в том, что положиться на Пашиняна невозможно.

BAKU.WS